1. Вызовите адвоката.

Немедленно позвоните адвокату. Если у вас нет своего адвоката, звоните любому, чьи контакты найдете. Его присутствие — ключевой фактор для защиты ваших прав. Попросите следователя подождать 15-30 минут для приезда защитника (это не гарантировано, но попытаться стоит).

2. Не паникуйте и не препятствуйте.

Помните, сопротивление или отказ открыть дверь бесполезны и незаконны. Сотрудники имеют право на взлом. Это приведет только к дополнительным проблемам (административная ответственность) и порче имущества.

3. Перед тем как допустить правоохранителей к обыску, убедитесь в его законности.

Проверьте документы у эсотрудников, попросите предъявить служебные удостоверения и постановление о производстве обыска. Что должно быть в постановлении:

· Номер уголовного дела.

· Точный адрес вашего офиса (если адрес не совпадает — обыск незаконен!).

· ФИО, должность и подпись лица, вынесшего постановление (следователя или судьи).

• Сделайте копию постановления об обыске или сфотографируйте его.

4. Ваши права и действия во время обыска.

Вы имеете право:

• Знать, в рамках какого уголовного дела проводится обыск.
• Присутствовать при всех действиях.
• Давать пояснения (или не давать их, ссылаясь на ст. 51 Конституции РФ).
• Смотреть, что именно изымается.
• Подавать ходатайства (например, о копировании информации с компьютера).

Фиксируйте нарушения:

• Лучший способ — через адвоката. Он может вести собственную фото- и видеосъемку, которую у него не имеют права изъять.
• Если адвоката нет, вы можете снимать на телефон, но будьте готовы, что его изымут под предлогом «имеет отношение к делу».
• Всегда следите за тем, что и как обыскивают. Запоминайте или записывайте действия сотрудников. Не мешайте, но контролируйте.
• Следите, чтобы обыск не выходил за пределы помещения, указанного в постановлении (например, в соседний офис заходить нельзя).
• Если сотрудники хотят вскрыть сейф или шкаф, они должны сначала предложить вам открыть его добровольно. Отказ может привести к взлому.
• Помните, обыскать могут и присутствующих сотрудников, и их личные вещи (сумки, портфели).

5. Ключевые моменты при изъятии.

Что могут изъять:

• Любые предметы и документы, которые, по их мнению, имеют отношение к делу (техника, носители информации, документы и т.д.).
• Компьютерную технику: по делам о предпринимательской деятельности (ст. 164.1 УПК РФ) предпочтительно копирование данных, а не изъятие «железа». Настаивайте на этом, но будьте готовы, что при наличии судебного решения технику все же заберут. Вы не обязаны сообщать пароли от телефонов, компьютеров или зашифрованных архивов. Ответственности за отказ нет

6. Составление протокола — самый важный этап.

• Внимательно читайте каждый пункт перед тем, как подписать.
• Требуйте внести в протокол все ваши замечания и ходатайства (например, «просил скопировать данные с жесткого диска перед изъятием, но мне было отказано»).
• Описание всех изъятых предметов: как, откуда и при каких обстоятельствах они были извлечены.
• Указание на любые нарушения: превышение полномочий, грубость, обыск не в том месте и т.д.
• Факт применения силы или угроз (если такие были).
• Факт уничтожения или повреждения имущества.
• Если вам отказываются вносить ваши замечания — не подписывайте протокол до тех пор, пока они не будут внесены, либо напишите в графе «Замечания»: «С протоколом не согласен, мои замечания не внесены, обыск проводился с нарушениями». Это критически важно для дальнейшего обжалования.

7. После обыска.

• Получите на руки копию протокола обыска. Это ваше законное право.
• Если вам не выдали копию, немедленно обратитесь с жалобой в прокуратуру и вышестоящий орган.
• Если адвокат не участвовал, свяжитесь с ним для анализа произошедшего и планирования дальнейших действий, включая возможное обжалование обыска и требований о возмещении ущерба.

Краткий чек-лист:

1. Вызвать адвоката.

2. Проверить документы.

3. Впустить сотрудников.

4. Контролировать процесс.

5. Фиксировать нарушения.

6. Внимательно читать и править протокол.

7. Забрать свою копию протокола.

Идея введения профессионализации судебного представительства обсуждается в юридическом сообществе уже достаточно долго. Соответствующий законопроект, внесенный Минюстом России на общественное обсуждение, предлагает ряд ключевых изменений, которые затронут практически всю сферу судебного представительства. Законопроектом предполагается установить общее требование о праве на судебное представительство в гражданских, арбитражных и административных делах только для адвокатов.

Ситуацию комментирует адвокат Ставропольского филиала Международной коллегии адвокатов «Санкт-Петербург» Максим Спасибов.

«На мой взгляд, адвокатская монополия — это шаг вперед, но, как и у любого решения, здесь есть и обратная сторона медали. Вопрос профессионального представительства в судах давно назрел, и игнорировать отсутствие регулирования в этой сфере невозможно. Ключевым изменением станет запрет на участие юристов без статуса адвоката в судебных процессах в качестве представителей своих клиентов. Данный шаг должен положительно сказаться на восприятии профессионализма адвокатов. Часто юристов путают с адвокатами, а некоторые юристы нередко представляются адвокатами, стремясь выглядеть более солидно и профессионально. Это свидетельствует о высоком уважении к статусу адвоката, который воспринимается как престижный и почётный в юридической сфере.

Сторонники «адвокатской монополии» утверждают, что она повысит качество юридических услуг. Действительно, адвокаты обязаны постоянно повышать свою квалификацию, проходя курсы и развиваясь как профессионалы, в отличие от юристов. Кроме того, адвокаты несут ответственность за нарушения при оказании юридической помощи, чего нет у юристов.

Профессиональное представительство в судах действительно должно повысить качество предоставляемых юридических услуг. Однако законопроект не лишен нюансов: наряду с возможностями он усиливает контроль и регулирование сферы деятельности адвокатов с жесткими критериями оценки нарушений. Это может создать предпосылки для необоснованного давления на адвокатов.

Что касается юристов, то для них последствия будут более негативными — потеря клиентов и значительной части доходов.

Введение «адвокатской монополии» может помочь урегулировать стоимость юридических услуг. В каждом субъекте РФ, включая Ставропольский край, действуют рекомендации адвокатских палат по определению вознаграждений за юридическую помощь, чего нет у юристов. Эти ставки пересматриваются ежегодно, но повышаются редко.

Предположение о том, что юристы без статуса менее профессиональны, не совсем справедливо. Профессионализм зависит от множества факторов. Нередко со мной работают юристы, которые могут быть более компетентны в определённых вопросах, чем некоторые адвокаты. К ним обращаются за помощью как адвокаты, так и другие юристы. Таким образом, профессионализм нельзя оценивать исключительно по наличию статуса — он определяется многими аспектами квалификации и опыта специалиста».

Коммерсантъ

Когда деньги уходят в налоги, а не в развитие бизнеса — это больно. Но уменьшать налоговую нагрузку можно по-разному: законно или рискованно. Давайте разберемся.

В чем разница?

Вы используете все возможности, которые государство само вам предоставляет: льготы, особые режимы, вычеты. Вы не скрываете доходы, а грамотно учитываете расходы.

Вы скрываете доходы, используете фирмы-однодневки, проводите фиктивные сделки. Цель — заплатить государству меньше, чем положено по закону.

Простая аналогия: оптимизация — это использовать скидочную карту в магазине. Уклонение — это пройти на кассе без очереди и не заплатить.

1. Дробление бизнеса. Создание нескольких ИП или ООО там, где по сути один бизнес. Цель — остаться на упрощенке (УСН). Налоговая давно научилась это распознавать, и последствия — гигантские доначисления и штрафы.

2. Фирмы-однодневки. Через них проводят платежи, чтобы не платить НДС или занизить прибыль. Это чистое мошенничество, которое легко вычисляется и ведет к уголовной ответственности.

Риски: Штрафы, пени, блокировка счетов, уголовные дела, субсидиарная ответственность (расплата личным имуществом).

1. Выбор налогового режима.

· УСН «Доходы» (6%): Выгодно, если мало расходов.

· УСН «Доходы минус расходы» (15%): Выгодно, если расходы превышают 60-70% от доходов.

· Просчитайте оба варианта! Неправильный выбор может стоить вам сотни тысяч рублей.

2. Использование льгот.

Государство дает более 200 видов льгот. Самые известные:

· IT-льготы: Нулевой налог на прибыль, сниженные страховые взносы.

· Налоговые каникулы для вновь зарегистрированных ИП.

· Льготы для социального и малого бизнеса.

3. Грамотное оформление сотрудников.

Вместо трудового договора можно заключить договор ГПХ с самозанятым (но только если это реально подходит под характер работы!). Это законно и часто выгоднее для обеих сторон.

4. Профессиональный бухучет.

Часто бизнес теряет деньги просто из-за незнания. Грамотный бухгалтер знает, какие расходы можно списать, какие вычеты применить, и не пропустит положенную вам льготу.

· Ваш главный союзник — закон. Используйте его в свою пользу, а не идите против него.

· Любая схема должна иметь деловую цель. Если единственная цель операции — уменьшить налоги, а экономического смысла в ней нет, налоговая ее оспорит.

· Сомневаетесь — консультируйтесь с профессионалами. Плата за услуги хорошего юриста или бухгалтера окупится многократно, сэкономив вам на штрафах и нервах.

Не бойтесь оптимизировать налоги. Бойтесь нарушать закон. Снижайте нагрузку легально — так вы будете спать спокойно, а ваш бизнес — стабильно расти.

Госдума приняла во втором и третьем чтениях резонансный законопроект. Разбираем финальную версию, споры вокруг авторских прав и что это значит для каждого из нас

8 июля Госдума приняла закон об искусственном интеллекте. Для кого-то это звучит как что-то далёкое и техническое, но на самом деле касается каждого, кто хоть раз общался с чат-ботом в банке, смотрел видео в интернете или читал книгу.

Закон вводит правила для больших нейросетей — тех самых, что пишут тексты, рисуют, сочиняют музыку и отвечают на вопросы. Раньше они работали как дикие звери: никто их не контролировал, никто не знал, кто за них отвечает. Теперь появляются чёткие правила.

Но, как это часто бывает с законами, у него есть и плюсы, и минусы. Давайте разберёмся, что изменится для бизнеса, для авторов и для обычных людей.

1. Что вообще меняется?

Закон вводит две категории нейросетей.

Суверенные модели — это полностью российские разработки. Всё, от кода до данных, хранится в России. Никакой зависимости от зарубежных технологий.

Национальные модели — тоже российские, но могут использовать какие-то открытые иностранные компоненты. Например, бесплатные библиотеки из интернета.

Обе модели должны соответствовать российским законам и не противоречить «традиционным ценностям». Что именно это значит — пока неясно. Порядок проверки пропишут позже.

Зачем это нужно? Чтобы Россия не зависела от иностранных технологий. Если завтра зарубежная компания отключит доступ к своей нейросети, у нас должен быть свой аналог. Это вопрос безопасности.

2. Для бизнеса: новые возможности и старые риски

Кому повезло?

Крупным разработчикам — «Сберу», «Яндексу» и другим гигантам. Они получат статус суверенных моделей, доступ к государственной поддержке и смогут обучать свои нейросети на данных из государственных систем. Это как получить ключи от библиотеки, где собраны все знания страны.

Банкам и госкомпаниям разрешат использовать только российские модели в чувствительных сферах. Это создаёт гарантированный рынок — отечественные разработчики получат заказы от государства.

Кому не повезло?

Компаниям, которые используют иностранные нейросети — ChatGPT, Google Gemini, DeepSeek. После 1 сентября 2032 года в госсекторе и банках их могут обязать перейти на российские аналоги. Если вы не успеете перестроиться — рискуете остаться без инструмента.

Главная проблема для бизнеса не изменилась.

Закон не вводит специальной ответственности за ошибки нейросетей. По-прежнему отвечает тот, кто использует ИИ, а не тот, кто его разработал.

Представьте, вы внедрили чат-бот в своём интернет-магазине. Бот пообещал клиенту доставку завтра, а её нет. Клиент теряет деньги, время, нервы. К кому он придёт с иском? К вам. Не к разработчику бота, а к вам. Потому что вы контролируете этот сервис, вы извлекаете из него выгоду.

А договор с разработчиком почти наверняка содержит пункт: «Мы не отвечаем за точность работы модели». Это стандартная практика. И закон это не меняет.

Что делать бизнесу?

• Проверьте договоры с разработчиками нейросетей. Скорее всего, ответственность уже ограничена.
• Внедрите контроль за ответами ботов. Пусть хотя бы важные решения проверяет живой человек.
• Предупреждайте клиентов: «Ответ может содержать ошибки, проверяйте у специалиста». Это не панацея, но снижает риски.

3. Для авторов: борьба за справедливость продолжается

Вот здесь разгорелся самый жаркий спор.

Что было изначально?

Разработчикам разрешали использовать книги, музыку, картины для обучения нейросетей без согласия авторов и без оплаты. Просто скачивай и пользуйся.

Писатели, музыканты, издатели взбунтовались. Российский книжный союз, Национальная федерация музыкальной индустрии и другие объединения направили письма президенту. Они говорили: «Вы хотите превратить Россию в бесплатный хаб для обучения ИИ. Мы теряем доход, мы теряем контроль над своими произведениями. Зачем нам тогда творить?»

Писатель Сергей Литвинов возмущался: «А если я не хочу, чтобы на моих текстах кто-то тренировался? Почему меня об этом не спросят?»

Глава музыкальной федерации Никита Данилов предупреждал: «Зачем инвестировать время и деньги в создание музыки, если результат можно бесплатно использовать для обучения систем, которые затем заменят живых артистов?»

Что изменилось в финальной версии?

Авторы только получили право защищать свои произведения с помощью технических меток. Это такие скрытые пометки на сайтах, которые говорят нейросети: «Меня нельзя использовать для обучения».

Звучит как решение? Но есть нюанс.

Бремя защиты переложили на авторов. Если писатель не знает о технических метках или не может их установить — его книги могут быть использованы бесплатно. А если произведение уже выложено на пиратском сайте — автор никак не сможет запретить его использование.

По оценкам правообладателей, потери креативной экономики от использования генеративного контента за пять лет могут достичь 1 триллиона рублей. Это огромные деньги.

Как это выглядит с юридической точки зрения

Технические метки — это полумера. Они защищают только тех, кто о них знает и может их установить. Авторское право остальных может быть не соблюдено.

Что делать авторам?

• Если вы публикуете свои произведения в интернете — изучите, как установить технические метки, запрещающие использование для обучения ИИ.
• Если ваши произведения уже есть на пиратских сайтах — к сожалению, защитить их будет сложно.

4. Для обычных людей: что меняется в вашей жизни

Теперь самое важное. Как этот закон коснётся вас?

Вы не всегда будете знать, с кем общаетесь.

Закон даёт право маркировать контент, созданный с помощью ИИ. Но это право, а не обязанность. Компании могут ставить пометку «Создано с помощью ИИ», а могут и не ставить. Вы не всегда будете знать, реальный человек на видео или сгенерированная модель.

Это особенно опасно с учётом дипфейков. Маркировка могла бы защитить от таких ситуаций. Но пока она остаётся добровольной.

Ваши данные будут храниться в России.

Это плюс. Требования к суверенным моделям включают хранение всех данных на территории России. Ваши персональные данные не утекают за границу. Это вопрос безопасности.

Ответственность за ошибки ИИ остаётся на компаниях.

Если чат-бот в банке ошибётся и вы потеряете деньги, вы сможете предъявить претензии банку. Не разработчику, а банку. Это и раньше так работало, и теперь остаётся.

Что делать вам?

• Не доверяйте нейросетям полностью. Проверяйте важную информацию через официальные источники.
• Если чат-бот ошибся — фиксируйте скриншоты и предъявляйте претензии компании.
• Будьте внимательны к видео и аудио в интернете. Если что-то кажется подозрительным — проверяйте.

5. Что остаётся неясным

Закон принят, но многие вопросы ещё не решены. Они будут прописаны в подзаконных актах, которые Правительство должно подготовить до 1 ноября 2026 года.

Самые важные вопросы:

• Как будут проверять модели на соответствие «духовно-нравственным ценностям»? Кто будет этим заниматься?
• Будет ли маркировка ИИ-контента обязательной в будущем или так и останется добровольной?
• Как именно разработчики получат доступ к государственным данным? Будет ли это прозрачно?
• Сработает ли механизм технических меток для авторов на практике?

Ответы появятся позже. Пока остаётся только следить за развитием событий.

Закон об искусственном интеллекте — это первый шаг к тому, чтобы нейросети работали по правилам. Он создаёт правовую основу для развития отечественных технологий. Он пытается защитить авторов от бесплатного использования их труда. Он даёт разработчикам доступ к государственной поддержке.

Но он оставляет много вопросов. И главный из них — как совместить технологический суверенитет с защитой прав авторов и обычных людей?

Время покажет. А пока — следим за развитием событий.